(Из дневника начинающего)
Итак, мы прилетели в Шарм-эль-Шейх и, пройдя все обычные туристические «препоны», поселились в отеле. В Киеве мы планировали в день приезда сразу же отправиться в “KTM EGYPT DESERT ADVENTURES SAHARA” (центр Sahara KTM), благо наш рейс прибывал к обеду. Но мы забыли включить в расчеты время: на заполнение карточек о наличии симптомов гриппа и контактах с гриппозными больными (да-да!), на покупку визы, прохождение паспортного контроля, получение багажа, ожидание всех туристов, развозимых нашим автобусом. А также то, что в это время года (в декабре) солнце стремительно садится около 17.00. Потом еще обязательная встреча c гидом от тур оператора. К этому моменту солнце уже давно зашло. И оставшегося времени нашего первого вечера в Шам-эль-Шейхе хватило на ознакомление с планом отеля, на осознание начала отпуска; ужин, прогулку и созерцание панорамы ночной бухты.
На следующее утро мы на такси поехали в КТМ. Поездка была первым отпускным приключением. Во время сборов в Киеве мы благополучно забыли распечатку любезно сделанной Google-ом фотографии из космоса плана города. На этой распечатке я собственноручно нарисовал схему проезда. У нас был только неполный адрес и приблизительное представление о расположении центра KTM. Для уточнения дороги мы решили обратиться к работникам отеля, используя свои разного уровня познания в английском, арабском и русском языках.
Опрошены были:
- служащий на ресепшене;
- бармен;
- гид туроператора.
Тут еще нужно сказать, что отель специализируется на отдыхе туристов из Италии. Поэтому служащие отеля, кроме отличного владения арабским, хорошо знают итальянский язык. На уровне, часто приближающемся к нашему, английский, и на весьма далеком от нашего уровня – русский. Украинского не знает никто.
Все опрошенные сначала удивлялись, что в Шарме есть такой КТМ-центр. После разъяснений, что это за центр, говорили, что мол, да такой центр есть. Правда, я не совсем уверен, что во всех ответах имелся в виду именно КТМ центр, а не другие («покатушки» для туристов в группе на квадроциклах). Наш гид дал ориентир: название отеля, позади которого должен находиться центр. Все трое сошлись в одном – что таксист обязательно поймет и довезет.
Должен отметить, что у таксистов ожидающих у отеля, своя «мафия».
Среди сидящих в тени поодаль от машин водил водилами являются не все. Один из них (мы его окрестили «менеджер») принимает заказ у клиентов, выясняет куда ехать, договаривается о цене и передает клиента водиле. Отмечу, что английским они практически не владеют и, очевидно, просто знают стандартные направления и адреса, по которым обычно ездят гости отеля. И адрес, и цель нашей поездки явно выбивались из общего трафика. Имея написанный на английском языке адрес и полученный от гида ориентир, используя все доступные нам способы общения, мы с большим трудом и через продолжительное время добились от «менеджера» заветного «андестенд». Но, как оказалось, мы прошли только первый уровень нашего квеста. «Менеджер» нас передал исполнителю. И тут у нас возникли подозрения на счет правдивости менеджерского «андестенд’а». Они очень долго и, с нашей точки зрения, странно, почти ругаясь друг с другом, вероятно, уточняли, куда нас везти. На наши настойчивые вопросы то к «менеджеру», то к водиле: «ОН ПОНЯЛ? ВЫ ПОНЯЛИ?» – оба отвечали утвердительно. И мы сели в такси. И мы поехали. Через 10-15 минут езды, увидев отель-ориентир, мы решили, что водитель везет нас правильно. Но, завернув за ориентир и провезя вдоль различной убитости территорий мотоцентров для сафари-катания туристов, таксист остановился у последнего. До этого он пытался предложить нам выйти у каждого из них. Мы только успевали говорить:« НЕТ! ЭТО НЕ ТО, ЧТО НАМ НУЖНО!». Я заметил, что водила сам начал волноваться. И одновременно всем пришла в голову светлая мысль попросить помощи у первого попавшегося друга. Первый попавшийся не знал ни КТМ, ни английского, ни русского с украинским. Второй попавшийся ехал нам навстречу. Его приятное лицо с приветливым выражением и чистенький, ухоженный, непривычно желтого цвета квадроцикл внушали оптимизм. И он оправдался. Человек сам остановился и предложил свою помощь. И оказалось, что он знает и английский, и русский, и то, где находится центр КТМ. Он взялся объяснить это нашему водителю. При этом все его жесты указывали направления вне асфальтовой дороги, почти по пустыне. И опять объяснение длилось долго, опять водитель кивал, опять на наш, вопрос «андестенд» ли он, он отвечал: «андестенд». К этому времени, вспомнив карту, я уже догадался, куда нас завез таксист. От этого места до нашей цели было три варианта пути.
Первый: вернуться по асфальту назад (таксист пропустил правильный поворот).
Второй: проехать (на «Ланосе») по пустыне 500-600 метров.
Третий: проехать по грунтовке в сторону метров 100 (вроде не струсил, назад не вернулся) и все равно вернуться в городской квартал. Так как я был с женой и заботился о ее комфорте и безопасности, то на всякий случай спросил у нашего спасителя, не может ли он за вознаграждение поехать с нами и показать дорогу. Он сказал, что водитель точно все понял. А когда я по местному обычаю хотел поблагодарить его за помощь денежно, спаситель от денег отказался, сказав, чтобы я добавил это водителю.
Но наш водитель, как истинный самурай, даром, что араб, выбрал комбинацию всех вариантов. Его ПУТЬ, возможно, вел к смерти (нашей, от духоты в салоне и обезвоживания), но никак не приводил к центру КТМ. Когда он нас повез вдоль тыльной стороны все тех же убитых мотоцентров, я решительно пересел вперед и нарисовал ему схему: где мы находимся, где КМТ и как нам ехать теперь. И он опять сказал, что понял. Но почему-то завез в тупик в непарадной части города. Бурча при этом на переломанном английском, что никогда бы не повез сюда за те деньги, на которые согласился. И тут опять появился наш спаситель. Оказывается, он был изумлен, что мы поехали опять не туда. Поэтому он догнал нашу машину, поговорил с водителем (по интонации и мимике можно было предположить, что он мягко указал таксисту на недостатки – его личные и его профессионализма). Затем спаситель поехал по полупустыне впереди, показывая дорогу. Две минуты езды – и мы оказались у центра КТМ. Мы отпустили такси (таксист казался недовольным даже при увеличенной мною оплате его услуг). Я отблагодарил нашего спасителя и выяснил, что он владелец небольшой фирмы индивидуальных гидов.
Он дал визитку. Возможно, мы воспользуемся его предложением в будущем.
Зайдя в КТМ, мы прошли второй уровень. Впереди был третий уровень. Он оказался легче первого и, тем более, второго.
Естественно, офис “Sahara” разительно отличался от тех мест, где нас собирался высадить таксист. Три большие буквы “КТМ “, “Sahara” на крыше были хорошо видны издалека и сразу давали понять, где ты находишься. Нас встретил приветливый парень, по манерам и поведению напоминающий успешного выпускника хорошего европейского университета. Этот центр специализируется на обслуживании англо и италоговорящих любителей адреналина и новых впечатлений. Нашего с ним умения оперировать имеющимся словарным запасом оказалось достаточным для того, чтобы обо всем договориться. Я вручил журналы и презенты от Палыча и Натальи (Петр Павлович и Наталья Шерекины – «Моторота») для их инструктора и офиса.
Мы огорчились, что инструктор Мохаммед, для которого предназначались презенты, в отпуске. Но парень клятвенно заверил, что ему все передадут.
Инструкторы работают вахтовым методом по 30-40 дней, а потом на 7-10 дней уезжают к семьям. Парень на ресепшене уточнил, действительно ли мы хотим заниматься только с Мохаммедом. После то как я сказал, что мы хотим заниматься с хорошим инструктором, а Мохаммеда рекомендовал «MY FRIEND PETER», он сказал, что у них есть очень хороший инструктор «как Мохаммед» и уточнил у нас, что мы хотим и когда мы готовы начать. Так как следующий день у нашего инструктора был полностью занят, мы стали обсуждать возможный старт. Очевидно почувствовав, что дело «движется к деньгам», вышла и решительно вклинилась в обсуждение сотрудница офиса Патрисия. Она начала озвучивать виды услуг с ценами прайс-листа и, говоря об условиях в которых могут проходить тренировки, смотрела на мою жену и уточняла (как я понял из перевода жены) кто, собственно, и на чем собирается тренироваться. Я, невзирая на то, что нахожусь в мусульманской стране, выдвинул из-за спины жену вперед с предчувствием, что девчонки договорятся правильно. Все так и произошло. Мы прояснили, что я хочу тренироваться по пустыне на мотоцикле, а жена совершать адреналиновые прогулки на квадроцикле. Каждый со своим индивидуальным тренером, пересекаясь в условленных местах коротких передышек. Когда наступило время вынесения денежного приговора, Патрисия радостно назвала цифру, подсчитанную строго по прайсу. Я не менее радостно предложил ей цифру, основанную на рекомендациях Палыча.
На вопрос Патрисии, из какого это прайса, я ответил, что это цена от моего друга Питера и поэтому у меня здесь скидка, очередной раз показав статью и фото в журнале. Она ответила, что мол, нет проблем, да, Питера с Наташей они помнят, и для нас в этом случае будет специальная цена. Контракт скрепили пожатием рук и взаимными поздравлениями. Во время обсуждения стоимости подошел мой будущий инструктор. Нас представили друг другу. Они вместе с менеджером очень внимательно изучали статью и фотографии в журнале, оживленно переговариваясь. Уточнив наличие у нас необходимой экипировки (в центре есть прокат) и время, в которое нас заберут из отеля, мы вернулись в отель на комфортабельном микроавтобусе центра. Нам его любезно предоставили по цене обычного такси.
В день накануне дня тренировки мы с женой зашли в местный тренажерный зал и привели мышцы в тонус короткой тренировкой. Наверное, этот опыт подойдет тем, кто регулярно посещает спортзал, иначе, возможно, будет противоположный эффект.
Вечером накануне для тренировки мы распаковали хоккейный баул сына – только в него смогла поместиться наша экипировка. Учитывая мой опыт мотожизни: начальная мотошкола в конце августа этого года; несколько занятий продвинутого пилотирования; полуторачасовое валяние в грязи в Пирогово на моем F-650GS c шоссейной резиной (это была не езда!); общий стаж 1 тыс. км.; полутораминутное сидение на хардиндурике Палыча возле его гаража; – сказать, что я волновался – значит ничего не сказать. Я очень сильно волновался перед тренировочным днем на незнакомом мотоцикле в условиях пустыни. Плюс напрягала неуверенность в своих познаниях английского. И даже начал завидовать жене, которая уж точно могла объясниться с инструктором (как потом выяснилось, завидовать было нечему, инструктор жены знал английский еще хуже, чем я).
Для снятия стресса, а также для того, чтобы понять, сколько времени у меня займет одевание, я надел на себя, посидел и снял экипировку – полегчало. Подготовив на утро экипировку, легли спать.
Наутро к назначенному времени мы пришли в холл отеля. В холле как раз происходило массовое выселение с проводами итальянских туристов и мое появление в экипировке за исключением мотобот, шлема и печаток внесло достойный вклад во всеобщий ажиотаж. Машина с моим инструктором нас уже ожидала и мы поехали на свою первую тренировку.
В КТМ-центре нас познакомили с инструктором моей жены. Сразу же попросили оплатить занятие и заполнить бумаги, в которых всю ответственность мы брали на себя. И у меня мелькнула мысль, что они не надеются увидеть нас живыми после их тренинга.
Затем в специальной комнате для переодевания наши инструкторы Момен (мотоциклист) и Ахмед (квадроцикл-инструктор) еще раз осмотрели нашу экипировку. Кивнув на мою, спросили: «Новое?» И после моего утвердительного ответа улыбнулись: «Будет старое». Моей жене предложили доэкипироваться налокотниками и наколенниками. Она надела налокотники, а от наколенников отказалась. И, как потом оказалось – зря. И мы разошлись каждый к своему аппарату.
С чего-то я взял, что мне для начала что-то расскажут. Но, очевидно концепция обучения Момена представляла собой симбиоз напутствия американского продавца байков 70-х годов и принципа обучения плаванию: «Если сразу не утонет, то поплывет». Момет завел кикстартером 200 куб. 2-х тактный байк, передал мне его в руки и сказал: «Первая вниз остальные вверх и – GO!” В отличие от продавца он не добавил: «Будь осторожен». Вскочил на свой и поехал. Только ему тут же пришлось вернуться. Во-первых, я с трудом оседлал свой мотоцикл, а во-вторых, сразу заглох. Немного о трассах центра. Прямо вокруг центра расположена мотокроссовая трасса, состоящая из нескольких треков различной сложности общей длиной 1400 м. твердого и сыпучего грунта. И в близлежащей части пустыни протяженные участки с различным покрытием и различной сложности. Проехав передо мной по первому треку круг и показав трассу, инструктор стал наблюдать, как я ее прохожу самостоятельно. Я старательно ездил в среднем темпе ощущая, что я очень зажат и никак не могу освободиться от этой зажатости.
На втором или третьем круге случилось мое первое падение (во время прохождения поворота заднее колесо обогнало переднее). Выбравшись из-под мотоцикла, я поднял его – и сразу раскрепостился. Ко мне подбежал инструктор спросил, все ли у меня в порядке и, осмотрев мотоцикл, потащил на ремонт. У меня возникла первая питьевая пауза.
Попив водички и посмотрев, что делают с моим мотоциклом (замена разбортировавшегося заднего колеса), я прикинул, что причиной падения могла быть не только моя скованность, но и прокол (низкое давление) шины. Выполнив свои первые задания, ко мне подъехала жена, и мы обменялись впечатлениями. Мой байк быстро отремонтировали и я продолжил заниматься на треке. Моя трасса постепенно усложнялась. На первом песчаном участке в резком повороте я уронил мотоцикл. На этот раз мотоцикл не пострадал. Я не дал ему заглохнуть, поднял и поехал дальше. Во время второй питьевой паузы инструктор спросил, что бы я хотел делать дальше и предложил выбор. Он сказал, что полигон большой на нем есть как песчаные, так и каменистые участки и хочу ли я тренироваться только на песке. Я предоставил выбор инструктору, аргументировав это тем, что он видел со стороны, как и что я делаю и умею, и как профессионал может выбрать нам маршрут, на котором я смогу быстрее обучаться. И он действительно выбрал очень хороший маршрут для данной цели. Он дал мне некоторое время вкатиться на простом участке, а затем участки маршрута стали сменяться: мелкий глубокий песок, крупный (почти гравий), камни; камни, скрытые под слоем песка, твердая «стиральная доска»; участки, утрамбованные практически до твердости асфальта, трамплинчики, небольшие горные подъемы и спуски, повороты. Даже ограниченные узким сектором зрения, потрясающие совершенно иные пейзажи пустыни рождали ощущение чего-то неземного. В реальность возвращали виды попадавшихся на маршруте настоящих бедуинских поселений. Их не показывают туристам, потому что показывать это просто нельзя. Инструктор ехал то впереди, то сбоку, то, указав мне направление движения, ехал сзади, постоянно не теряя меня из виду, и жестами показывал мне, что делать. А я никак не мог приноровиться к переключению передач в положении стоя. Выезжая на пустынную часть полигона, мы договорились, что, тренируясь по разным с женой программам, мы будем встречаться вчетвером по время перерывов для отдыха и питья воды. Таких перерывов у нас было два и, естественно, они проходили в бедуинских «барах».
Они собой представляют навес с местами для отдыха плюс небольшая лавочка сувениров. На первом пит-стопе нас угостили чаем и после этого инструктор настоятельно порекомендовал нам купить что-то из сувениров. Мы так и поступили. На втором пит-стопе уже хозяин следующего «бара» очень настоятельно рекомендовал купить дорогущие напитки, мотивируя цены на них наличием у него 4-х жен, которых нужно кормить. А вдалеке от ветхой лачуги бедуинского бара стоял добротный красивый дом, совершенно чужеродно смотревшийся здесь. И моя жена уже успела выяснить у своего инструктора, что это и есть дом несчастного кормильца четырех голодных женщин и их детей. И он считается очень богатым человеком.
Песок или то, что у них называется песком (размер песчинок варьируется от приблизительно 1 мм до 5мм), преподнес нам два неприятных сюрприза.
Я не вписался в поворот между двумя валунами и уронил мотоцикл. Хорошо, что без каких либо последствий для меня и мотоцикла. А моя жена, подзадоренная похвалой инструктора, увлекшись темпом езды в положении стоя, не удержала руль и, несмотря на все попытки исправить ситуацию, перевернулась. При падении квадроцикл придавил ногу. Последствия: ссадины на лбу и носу от солнцезащитных очков, ушиб колена и голени, поврежденный квадроцикл. Абсолютно не пострадали защищенные экипировкой участки тела. Так что наколенники нужно было брать.
По счастливой случайности к моменту этого происшествия наши маршруты начали совпадать. И Момен, который ехал впереди меня, успел заметить, как Ахмед ставил на колеса квадроцикл. Я же из-за пыли ничего этого не увидел, а, подъехав и остановившись по команде инструктора, решил, что есть какая-то проблема именно с квадроциклом.
Как ни в чем не бывало, я предложил сфотографироваться, и был озадачен странной реакцией инструкторов. Жена стояла в сторонке без шлема, а Момед отчеканил: «Твоя жена перевернулась!». И только тут для меня дошел смыл ситуации. Инструкторы были очень серьезно озабочены возможным состоянием моей жены. Подробно расспрашивали о самочувствии, ощущениях, о желании прекратить занятие. К чести моей жены, несмотря на случившиеся, она продолжила движение (они с Ахмедом поменялись квадроциклами).
Опасны скрытые под песком камни. После окончания тренировки жена сказала, что у нее был еще один опасный момент, когда заднее колесо наехало на такой камень. Квадроцикл взбунтовался, пойдя в занос, но в этот раз она справилась.
Когда время занятия стало подходить к концу, мы поняли, что 3 часа тренировки это не мало, как казалось сначала и хорошо, что мы не взяли «full day». Из отеля мы уехали в 9.00, вернулись в «конюшню» Центра около 13.30, в отеле были в 14.00. От входа в отель до номера (100м) я почему-то не мог идти по прямой, мышцы ног не слушались. А после обеда и отдыха они начали очень болеть. Причем к мышцам ног присоединились мышцы рук, плеч и поясницы. Следующий день мы посвятили переползанию из номера в ресторан, на пляж, обратно и экскурсии на такси в местный супермаркет для покупки воды для нас и напитков для инструкторов.
На следующее утро в 9.00 мы уже садились в микроавтобус КТМ центра. По дороге я спрашивал у Момена, где он живет (оказалось, за Каиром в трех часах езды автобусом), почему так много полиции на дороге – оказалось, что это обычная практика для безопасности туристов, а Момен сообщил нам о плане сегодняшнего тренингового дня. Он сказал, что сегодня мы с женой будем работать на совершенно разных маршрутах и не будем пересекаться даже по время пит-стопов. По прибытию в центр мы опять заполнили необходимые бумаги и «GO!». Для начала по команде инструкторов мы 10-15 мин. разогревались на треке вблизи центра. А после Владлена с Ахмедом поехали по своему маршруту, а я с Моменом остался на треке тренировать спуски-подъемы, трамплины, разгон, торможение, повороты и развороты на ограниченном песчаном участке.
На песчаном участке я один раз во время разворота уронил мотоцикл. Степень моей зажатости хоть и уменьшилась, но все же была схожа с предыдущим тренировочным днем. К ней добавилась не прошедшая с прошлого занятия боль в мышцах. Поэтому я быстро уставал. Кстати Патрисия, представитель отдела маркетинга и PR, говорила о том, что одного дня для хорошего восстановления мало. Момен сначала показывал, как правильно выполнять элементы. Затем следил, как я их выполняю, одобряя или поправляя меня. Через 15-20 минут такой вроде бы элементарной работы я устал настолько, что подумал, что здесь и умру. Момен улавливал такие моменты и прерывал занятие для нескольких минут отдыха. Сделав несколько таких циклов, мы поехали на полигон в пустыне.
Для того, чтобы попасть в пустыню нужно пересекать две автомобильные дороги. На главной их них в месте пересечения находится пост полиции, который еще и регулирует кол-во тренирующихся на полигоне (вероятно чтобы не было пробок и столкновений). И в этот раз мы достаточно долго стояли, ожидая, пока между нами и теми, кто проехал раньше, образуется приемлемый временной зазор. Момен подъехал к полицейскому и стал что-то ему говорить. Полицейский кивнул и мы проехали. После пересечения магистрали Момен резко свернул и мы поехали по чему-то очень напоминающему большую свалку, маневрируя между кучами строительного мусора и битого стекла. Я так понял, что Момен договорился с полицейским о том, что мы сделаем крюк для выдерживания времени вместо стояния у автомагистрали. Сделав этот круг, частично по целине мы поехали по нужному маршруту. Преодолели перевал (может, для кого-то и простой, но, выскочив на вершину, я заглох из-за резкого нажатия заднего тормоза. Не сумев завестись кикстартером, спускался с выключенным двигателем, притормаживая). И о чудо! Мы опять оказались у бара «кормильца четырех жен». Время отдыха! На этот раз я запасся сникерсами и откупился от «бармена», презентовав ему сникерс. Отдохнув, поговорив с хозяином «бара» о ценах в Египте и в Украине, похвалив его дом и бизнес, мы двинулись дальше. Обгоняя по целине группы туристов на квадроциклах, мы приехали в ту часть полигона, где дорог было мало, а участков с естественными препятствиями – много. Заехав на пятачок, окруженный горами, мы передохнули под одиноким деревом и по другому маршруту вернулись в Центр. Так как этот маршрут был менее сложен и я увереннее чувствовал себя, то уже успевал смотреть по сторонам и восхищаться красотой пустыни.
Владлена и Ахмед вернулись минут за пять до нас. По сияющему лицу жены я понял, что ее занятие прошло удачно. Перед выездом инструкторы подобрали ей наколенники и для более плотного прилегания поверх джинсов закрепили их скотчем (по-хоккейному). Ее маршрут также включал в себя участки различной сложности. Она уловила, как ездить по песку, кроме того, во время одного из перерывов они с инструктором забрались на гору и к ее впечатлениям от езды прибавились восторги от открывшегося вида. На этом мы и закончили второй тренировочный день, вернувшись довольными в отель на микроавтобусе Центра.
На этот раз восстановительный период прошел намного легче. Мышцы приноровились к нагрузкам.
Третье занятие, как мы и планировали, было последним. Как всегда, на микроавтобусе центра приехали на трек.
Отметим пунктуальность подачи транспорта. Они приезжали за нами за 5-10 минут до назначенного времени. И ожидали нас.
В автобусе я спросил у Момена, какой тренировочный план на сегодня. Он с невозмутимым лицом ответил, что мы с тобой едем на мотоциклах через пустыню в Каир, а жену оставляем оттачивать мастерство на треке. Вместе посмеявшись над шуткой мы узнали, что еще вчера он должен был уехать в отпуск, но из-за нас его задержали на день. И после нашего занятия он едет к семье под Каир.
После привычного заполнения бумаг мы доэкипировались и приступили к занятию.
По согласованному с инструктором плану мое занятие разделялось на 3 этапа.
1-й – привычный разогрев на треке (змейки, повороты, маневрирование, горки, спуски на не сильно сыпучем грунте).
2-й – крутые подъемы, спуски, очень крутой спуск с использованием только заднего тормоза с последующим поворотом на 90 град. Все с глубоким песком. Маневрирование на сыпучем грунте, разгон, торможение, повороты, разворот.
3-й – выезд в пустыню, езда без дороги по песку, камням, 2 горных перевала. Между ними опять без дороги. Возвращение в Центр.
Первый этап «пошел» очень хорошо. Я разогрелся, но не устал. Второй этап оказался для меня сложным. Мне все не удавалось правильно тормозить на песке. Все время блокировалось заднее колесо. При первой попытки спуска с очень крутой песчаной горки на заднем тормозе я съехал, используя тормоз не так, как показывал инструктор (слабо тормозил), и не совсем вписался в резкий поворот. И инструктор сказал, что все – «я мертв – так как упал в ущелье». Со второй попытки я очень старательно тормозил.
И, наверное, поэтому с половины горки я спускался на 5-й точке, а мотоцикл спускался передо мной, лежа на боку. Но внизу я на него сел, завел и вписался в поворот. Значит – жив! Продолжая выполнять свои упражнения, я поднялся на одну крутую горку и увидел, что с другой такой же начинает спуск моя жена на квадробайке. У меня возникла мысль: «Что они делают?! Это надо прекратить!». И не успел я ее додумать, как Владлена уже спустившись, взлетела на следующий крутой подъем. Наперерез ее траектории понесся Момен, жестами показывая, что нужно тормозить и срочно поворачивать. Мне стало не по себе, потому что сразу за вершиной подъема начинался обрыв. Однако жена и сама уже делала необходимый маневр.
Поднявшись и остановившись по команде на этой же горке, я увидел обоих инструкторов. Как я понял по жестикуляции и интонации, «старшой» (Момен) делал втык Ахмеду. Больше на этой горке я Владлену не видел.
На пит-стопе мы с женой обменялись впечатлениями по поводу этого подъема. И она сказала, что еще с автошколы помнит наставления инструктора о том, что никогда не знаешь, что может быть за крутым подъемом, и она была готова тормозить и поворачивать.
Я отдал жене фотоаппарат и они уехали по своему маршруту.
Еще в начале занятия, после трека, Ахмед через сотрудника, который лучше, чем он, владел английским, спросил, хочет ли жена такой же уровень сложности как на прошлом занятии. Она сказала, что хочет более сложное занятие.
После пит-стопа мы перешли к третьему этапу. И начался он с того, что я никак не мог завести мотоцикл. Сотрудник, крутившийся возле «конюшни» подошел, посмотрел, что-то потрогал и помог завести. Момен уже ждал меня, чтобы ехать дальше. Он зачем-то попросил меня остановиться, осмотрел мой мотоцикл и молча открыл топливный гран. Повернулся к «конюшне» и помахал кулаком. Я подумал, что вот оно, шестое чувство профессионала. И что было бы совсем не весело заглохнуть где-нибудь на подъеме.
Сначала все было хорошо. Мы ехали вне дорог. Под колесами был то глубокий песок, то «стиральная доска», то камни, то куски шлака; подъемы и спуски. Я заметил, что песок уже не напрягает меня. Я нашел для себя стойку, в которой даже отдыхал. Напрягали участки с камнями.
Подъехав к подъему на перевал, мы нагнали Владлену с Ахмедом. Они собирались подниматься. И тут выяснилось, что Момен пробил переднее колесо об камни. Нужно было или возвращаться в Центр или искать ближайшую тень на маршруте для замены камеры. Так как до ближайшего бедуинского «бара» было ближе, чем до Центра, мы с Моменом поехали туда. Это был первый бар, в который мы заезжали на первом занятии. Нас приветливо встретил хозяин с маленьким мальчиком (как я решил – внуком). Для меня началось первое методическое занятие по ремонту колеса в полевых условиях. У Момена в рюкзаке был полный комплект инструментов для этого. Тут же в баре находились два парня с фотоаппаратами и видео камерой, очевидно предлагающие услуги фото-видеосьемки туристам. Я всех поприветствовал на арабском языке, спросил как дела. Они заулыбались и ответили. Я угостил хозяина бара и мальчика заранее припасенными сникерсами и мы все вместе приняли живейшее участие в ремонте колеса.
Снятие закипевшей оси сопровождалось у Момена бурным потоком речи в котором я уловил два знакомых слова явно на английском: «F… y…!». Я сказал Момену, что из всего им сказанного я понял этих два слова. Из его ответа, я понял, что все остальные слова на арабском означали примерно то же. Потом к имеющимся инструментам добавились подручные средства: камни, кусок дерева, нога в качестве ударного инструмента. Колесо было побеждено. Момен сказал, что в связи с обстоятельствами наша программа корректируется. Отдыха больше не будет. И далеко в пустыню мы не поедем. Но он выберет такой маршрут, что мне мало не покажется. Сказал – и сделал.
Мы вернулись к подъему на перевал и остановились, потому что ему кто-то позвонил. Момен сказал мне, что я сегодня очень хороший драйвер. Лучше бы он этого не говорил. Подъем на перевал был для меня труден, но я справился.
А движение по горе (маневрирование между валунами по камням по едва заметной тропинке) вызвало у меня массу сложностей. У меня часто глох мотоцикл и я тратил много сил для того, чтобы его «оживить» кикстартером. И главное мне – из-за моего невысокого роста не хватало длины ног на спусках. Я старался выбирать маршрут, на котором были бы камни, от которых я могу оттолкнуться. Один раз я промахнулся. Не рассчитал расстояние и, пнув ногой камень, угодил в пустоту. И вместе с мотоциклом грохнулся на камни. Сильно ударившись об один камень головой, о другой левым боком, а о третий коленом и бедром. Хотя упал я практически на «стоячей» скорости, боль от падения была такой, что перехватило дыхание. Отдышавшись, я выполз из-под мотоцикла. Поднял его и на вопрос подбежавшего инструктора как у меня дела, опрометчиво ответил, что все хорошо. Мы осмотрели мотоцикл. Момен спросил: «Может, хочешь вернуться?» Я ответил отрицательно и мы продолжили спуск. Спустившись, мы опять поехали off road. Подъехав к каким-то горам, мы остановились. Инструктор спросил, как я хочу дальше ехать – по равнинному «off road» или по горам. Я сказал ему, что он хороший инструктор и сам должен решить, что будет лучше для моей подготовки. Тогда Момен предложил горы. Я согласился. И в горах об этом сильно пожалел. На этом перевале был не очень большой подъем и протяженный извилистый спуск. Камни лежали где попало. У меня сильно разболелось ушибленное колено. Инструктор уехал вперед за скалу и я старался его нагнать. Стараясь, я опять промазал ногой мимо камня. Мотоцикл упал, но в этот раз я остался на ногах. Поднял мотоцикл, долго заводил его – и не смог завести. Наконец я огляделся вокруг. Такая красота!
Только вот инструктор, что-то не подходит…. Дотолкав мотоцикл руками до места, где смог его завести (встав на камень), я заехал за скалу. И увидел такую картину: мотоцикл инструктора лежит, а инструктор сидит рядом и что-то эмоционально говорит по-арабски с очень знакомыми интонациями. Как оказалось, маневрируя между камнями, он ударил мотоцикл и разбил пластик у бензобака.
Он сказал, что ему сегодня перед отпуском сдавать мотоцикл и шеф будет очень недоволен. Момен предложил мне отдышаться и насладиться окружающей красотой. А сам быстро, используя 2-х компонентный клей, начал заклеивать пластик. Подождав, пока клей схватится, мы без приключений спустились вниз и помчались по пустыне. После гор езда по глубокому песку показалась мне отдыхом. Приехав на условленное место встречи с Ахмедом и Владленой, мы подождали пока они подъедут. Мы провели небольшую фотосессию, и обменялись рассказами с женой. Оказалось, что у них тоже не обошлось без приключений. Выполняя подъем, разворот и спуск на песчаном склоне, жена с квадробайком закопались в песок. Им с Ахмедом пришлось руками освобождать колеса от песка, а потом стаскивать его вниз за заднюю скобу. Инструктор хотел все сделать самостоятельно, но Владлена решила, что вдвоем будет быстрее и справедливее. Они тоже на этом потеряли время. Плюс ей было тяжело работать под солнцем. Она ощутила как это – когда хочешь что-то делать быстро, а приходится совершать только размеренные, неспешные движения. Весь этот относительно негативный опыт («ALL INCLUDED»!) сполна компенсировался во-первых, тем, что попросив выполнить этот маневр снова, она выполнила его правильно; во-вторых – интересными фотографиями необычных каменных форм.
Время нашего занятия подходило к концу и мы разъехались, чтобы встретиться уже в Центре. Последний отрезок пути Момен сделал зигзагообразным. Словно мы рисовали по пустыне новогоднюю елочку. Подъехав к автостраде и перепрыгнув бордюр, мы остановились. Момен осмотрелся, дал команду: «GO!» – и помчался по дорожному полотну. А я, не подумав, что уже нахожусь на асфальте, стартанул, как на песке. И мой мотоцикл сделал зачетную попытку выполнения «вилли». В погоне за инструктором мелькнула мысль: «Не хватало еще кроме падений на песок и камни поваляться на главной автостраде Шарм-эль-Шейха!» Сдав полюбившиеся нам аппараты в руки механиков Центра, мы поблагодарили инструкторов и сотрудников центра. Пофантазировали с Патрисией о будущих наших встречах и тренингах. И на бусе КТМ поехали в отель. По дороге жена сказала, что возможно напрасно отказывалась от предлагаемой «черепашки». Уже при самом подъезде к Центру из-под колеса инструктора вылетел камешек и чувствительно ударил в плечо. Хорошо, что скорость была не очень большой, и камень не велик.
От автобуса к номеру отеля я не шел, а просто полз. Кое-как взобравшись на веранду нашего номера, я плюхнулся в кресло и даже не уговаривал себя встать.
После обеда, на конец которого мы все же успели, у нас одновременно появилась мысль: «А, может быть, еще разочек перед отлетом?».
PS. Особая благодарность Евгению Леонидовичу Лабутину, Петру Павловичу Шерекину, Сергею Герману за мою подготовку.
Из экипировки для мото я брал с собой:
Шлем Эндуро без визира
Очки для шлема Эндуро
Подшлемник
Термобелье
Мото-носки
Компрессионные шорты
Наколенники
Мотокроссовые штаны
Ботинки Эндуро
Черепашку с налокотниками и поддержкой спины
Перчатки
Мотокроссовую майку
Легкую куртку-продувайку
Из экипировки для занятий на квадроцикле мы брали с собой:
Шлем интеграл без визира
Перчатки
Спортивные солнцезащитные очки.
Брали в прокате налокотники и наколенники.
Все можно взять напрокат на месте. Но все же рекомендую брать свой шлем и другую привычную экипировку с макс. защитой.
